Жужа и воля к жизни - Читаем-Смотрим

Жужа и воля к жизни

Рассказ Олега Бондаренко

Facebook автора

Жужа жила вместе с Петровной, пожилой, одинокой женщиной, имевшей небольшую квартирку на пятом этаже. Жужу она подобрала ещё малюсеньким щенком и выкармливала из сосочки. 

И собачка не представляла себе, что она может быть кем-то ещё другим, кроме человека. Ну, как и её мама. Просто, такой маленький человечек с хвостиком-бубликом и большими, совершенно человеческими глазами.

Никто никогда в этом дворе не слышал, чтобы она лаяла, рычала, бегала за котами или кусалась. Ведь люди такого не делают. Вот и она не вела себя так. Все соседи восхищались покладистым и спокойным характером собачки Петровны.

И Петровна обожала свою Жужу. Так она и умерла, сидя на скамейке с поводком в руках. Сердце… 

А Жужа сидела рядом и выла, пока соседи не обратили внимание. Детей и близких родственников у Петровны не было, а дальние приезжать на похороны не пожелали. Короче, хоронили Петровну всем домом. И про Жужу забыли в этой беготне и заботах, а точнее…

Просто оставили во дворе. Кто-то сказал:

— Нечего ей делать теперь в пустой квартире. Пусть на улице живёт. Будем подкармливать.

И оказалась Жужа бездомной. Она подходила ко всем соседям, раньше хвалившим её, и заглядывала им в глаза непонимающим взглядом. Словно спрашивала о чём-то. Соседи отворачивались. У каждого были очень веские причины не брать маленькую собачку домой… 

И Жужа решила, что, раз она никому не нужна, значит, провинилась очень в чём-то. Только вот в чём, не могла понять своими собачьими мозгами. Откуда ей было знать, что не виновата она в людской черствости.

Жужа спряталась в самый дальний уголок большого двора и решила… уйти вслед за своей мамой, раз оказалась никому не нужна. Ей давали корм и воду, но она отказывалась есть и пить. 

И соседи решили просто не обращать на неё внимания. Раз она так хочет, то пусть так и будет. Тем более, собачка была вечным напоминанием всем и немым укором, а люди этого не любят.

И наступил тот день, когда Жужа почувствовала — уже скоро. Этой ночью. Она попыталась свернуться калачиком, чтобы унять последние позывы пустого желудка, и спокойно уснуть. Последний раз, но…

Что-то мешало ей. Что-то такое маленькое… Прямо возле похудевшего собачьего пуза. Открыв глаза, Жужа с немым изумлением увидела малюсенького серого котёнка, который пищал и жался к ней. 

Кто-то из соседей решил таким образом избавиться от потомства. И подбросил малыша маленькой рыжей собачке. Серый котёнок уткнулся головой и передними лапами в её живот и, найдя сосок, стал его причмокивать.

Жужа совсем растерялась от такой наглости. А что делать? Не отталкивать же малыша. Она обняла его своим маленьким рыжим тельцем и стала облизывать. Котёнок успокоился и, мурлыкая, задремал. 

Смерть придётся, видимо, отложить, подумала Жужа и уснула, прислушиваясь к сердцебиению маленького существа, а на завтра…

Можете, конечно, мне не поверить, у неё пошло молоко. Да, да, именно так! И Жуже пришлось искать себе пропитание, чтобы не умереть самой и прокормить своего приёмного сына.

источник фото: img-fotki.yandex.ru

Она не умела драться и грозно рычать. Ни на котов, ни на дворовых собак, но зато она умела рассуждать, как человек. И пока коты дрались за кусок курицы меду собой и с собаками, Жужа осторожно подбиралась к бакам с мусором. И всегда уходила с добычей. 

Короче, перешла она на вольные хлеба, что вполне устроило всех соседей. Меньше заботы и глаза никому не колет.

А через полгода превратился маленький серый заморыш в откормленного большого котика, который на полном серьезе считал себя собакой, как и его мама, которая считала себя человеком.

И Жужа начала учить его премудростям жизни, как она их понимала. То есть защищать себя и добывать пропитание. И учила она его не кошачьим и собачьим премудростям, а поступать так, как в этом случае поступил бы человек. И получалось это у нее отлично. 

Такое обучение дало свои плоды. Кот превратился в абсолютную угрозу для всех дворовых котов и собак, поскольку поступал всегда не так, как от него ждали.

История о том, как собачка выкормила котёнка, между тем распространилась довольно широко. При помощи дворового телефона, называемого в просторечии — бабками на скамейке. И так, переходя от двора ко двору, дошло это дело до…

А теперь, дамы и господа, самое интересное. Готовы? Тогда поехали.

Одним ясным весенним днём, когда все бабульки сидели на скамейке и обсуждали, кто с кем спит, кто напился и что украл, и кого следует посадить, а кого просто расстрелять, прямо к ним подъехал большой черный джип. 

Из него вышла женщина в возрасте, в красивом черном платье, от которой сразу же разнёсся по всему двору запах дорогих духов.

Фифа! — точно определили бабки.

А фифа подошла к ним и начала разговор:

— Уважаемые женщины! — начала она издалека. — Я профессор в нашем университете. По психологии животных. Преподаю на ветеринарном факультете. И сейчас пишу книгу. И только такие умные и видавшие жизнь дамы, как вы, могут мне помочь.

Бабульки надулись от такой высокой оценки и посмотрели на фифу очень одобрительно.

Задобрив таким образом местное общество, фифа-профессор перешла к делу:

— Мне стало известно, что у вас во дворе вроде бы какая-то собачка выкормила кота. Это правда или нет? И может быть, вы могли бы мне рассказать об этом?

Бабки переглянулись и загрустили. Им не хотелось вспоминать о смерти Петровны и о том, как они просто оставили маленькую собачку на улице. 

Но одна из них встала и сказала:

— Да что же мы? Совсем уже не люди? — и, посмотрев на профессора, заметила: — Конечно, я знаю! И совсем это не история, а очень даже прямо сейчас. Пойдёмте, я вас провожу к ним.

— Не может быть! — всплеснула руками профессор. — Это же невероятная удача. Неужели они живы до сих пор и живут здесь?

— То, что они живы, не наша заслуга, — ответила бабушка. — Заслуга исключительно собачки этой замечательной — Жужи.

И они пошли в угол двора, где на картонках и лежали Жужа и её кошачий сын.

Профессор, видимо, мгновенно оценила ситуацию, потому что присела на корточки и обратилась к парочке из мамы и сына.

А кот смотрел на неё очень недоверчиво. И уже соображал, не представляет ли эта большая тётка в черном платье опасность для его мамы. И в глазах его не было ничего хорошего. Он оскалился, но Жужа что-то проворчала, и кот прижался к ней.

— Уважаемая Жужа! — начала профессор. — Я так понимаю, что это именно вы мама этого замечательного красавца. Не позволите ли вы мне погладить вас?

Она протянула руку и осторожно начала гладить голову маленькой рыжей собачки, и Жужа… Вдруг вспомнила свою маму, Петровну. И тихонько так заскулила, прижавшись к коленям профессора, а та…

Пошла к машине, зовя Жужу за собой. И Жужа пошла. Потом она запрыгнула в широко открытую заднюю дверь джипа, а следом за ней, недоверчиво оглядываясь и думая “а не укусить ли эту тётьку?”, запрыгнул её кошачий сын. А как иначе? А иначе никак. Ведь он шел за своей мамой.

Фифа ещё раз поблагодарила всех бабулек на скамейке, и джип с Жужей и котом скрылся за поворотом. Бабки смотрели на это, раскрыв рты. А та, что провела фифу к собачке с котом, с горечью заметила:

— Ну что, старые… Вот и увезли то единственное, что могло сделать нас людьми. Но так и не сделало. Это ведь все мы были собаками, а не эта Жужа. Противно мне смотреть на вас, подружки мои дорогие, а особенно противно понимать, что я одна из вас! 

И она ушла домой, а бабки притихли и не смотрели друг на друга. Вскоре они встали и тоже разошлись по домам…

Через полгода джип опять приехал в их двор. Профессор всем дарила свою только что вышедшую книгу, которая мгновенно стала бестселлером, и на глянцевой обложке во весь рост было фото Жужи и её сына, которого теперь звали Чип.

Профессору было непонятно, почему жильцы неохотно брали из её рук новую, пахнущую типографской краской толстую книгу. Люди, увидев фото на обложке, сперва узнавали и улыбались, а потом… Мрачнели и отходили.

А мне понятно, почему. Потому как, иногда людей и с собаками сравнить нельзя. Ибо, хуже они во сто крат, и особенно не любят, когда им напоминают об этом.

А Жужа и Чип так и живут у профессора-фифы. И она в них души не чает. И семья её тоже.

О чем эта история? Да Бог его знает, о чём.

О фифе. О Жуже. О её приёмном сыне, прошу прощения. Родном.

А может, о психологии животных. Ибо о человеческой психологии мне писать не хочется.

Автор ОЛЕГ БОНДАРЕНКО

Наш канал на Яндекс Дзен

Поделитесь этой статьей с друзьями

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.